| Наследие Монотапы |
| 07.01.12 18:49 |
|
На наше счастье, сухой ветер, дующий из Калахари, подсушил приморские равнины. Мы едем по долине Бузи, пересекаем ее притоки и благодарим небо за то, что вот уже четвертый месяц оно не посылает дождя. Чем ближе к побережью, тем больше появляется мертвенно-серых, почти лишенных растительности низин, покрытых выцветами соли. Отсюда океанская вода не уходит почти весь год. Скудная растительность зеленеет лишь там, где дорогу ей преграждают ослепительные золотисто-белые дюны. — В былые времена натиск океана здесь сдерживали густые мангровые заросли,— говорит Антонио.— Но для португальцев мангровая жердь была уникальным, не гниющим в соленой воде строительным материалом и наиболее доступным топливом. За много веков побережье провинции Софала осталось без леса. Океан сейчас беспрепятственно наступает на сушу. И вот вам плачевный итог... Никаких следов древней Софалы, а ведь «золотой» порт был именно здесь. Великая Софала, или Старая Софала,— она же древняя «Суфалат ат-тибр», шу-мела метрах в двухстах от современного берега. Сейчас она сплошь занесена песком и покрыта водой. Обозначенная на современных картах Нова-Софала возникла тремя веками позже примерно в километре отсюда. Я думаю, мы переночуем там... Время отлива. Мы с Антонио идем по щиколотку в воде. Дно океана сплошь покрыто черными постройками кораллов, но кое-где из-под них еще выступают серые гладкие камни. В них Антонио видятся остатки тех монолитных глыб, которые португальцы везли в Софалу в качестве корабельного балласта, а потом использовали для строительства местного форта. Что это за неестественно белый осколок с голубыми разводами? Я нагибаюсь и вытаскиваю из песка довольно большой кусок фаянса. Тут уж сомнений нет: китайские тарелки и блюда, склеенные из таких кусков, лежат в музеях Момбасы, Малинди, Занзибара. Они датируются специалистами концом XIII века... Следующий материал:
Прдыдущие материалы:
|